?

Log in

No account? Create an account

Предыдущая запись | Следующая запись


История рождения одного из самых ярких фигур российского престола Ивана Грозного, как никогда свидетельствует и подтверждает это единство. Ведь отцом первого царя был русский великий князь и уроженка Полтавщины Елена Глинская.


В 1430 году великий князь литовский Витовт подарил Полтаву и Глинск татарскому мурзе Лексаде Мансур


История рождения одного из самых ярких фигур российского престола Ивана Грозного, как никогда свидетельствует и подтверждает это единство. Ведь отцом первого царя был русский великий князь и уроженка Полтавщины Елена Глинская.

Украинская мамка русского царя.

О единстве двух славянских народов говорят и пишут много, как и о единой их истории. История рождения одного из самых ярких фигур российского престола Ивана Грозного, как никогда свидетельствует и подтверждает это единство. Ведь отцом первого царя был русский великий князь и уроженка Полтавщины Елена Глинская.

Чьи вы, хлопцы, будете?

Род Глинских, был известным и довольно знатным родом. При этом, княжеский род имел татарские корни. В 1430 году великий князь литовский Витовт подарил Полтаву и Глинск татарскому мурзе Лексаде Мансуркановичу, который принял православие и взял в крещении имя Александр. Лексада, по свидетельству многих именитых историков был прямым родственником хана Мамая, того самого, что разбил Дмитрий Донской на Куликовом поле. Фамилию неофит выбрал по названию своего имения – Глинский.

По словам известного украинского историка, краеведа, кандидата исторических наук, заслуженого работника культуры Украины, Веры Никаноровны Жук, именно Лексада, следом за городом Глинск, основал наше село Глинск. "Дехто вважав його одним із нащадків золотоординського темника (воєначальника), а з 60-х років XIV ст. фактичного правителя Золотої Орди Мамая, який був розгромлений у Куликовській битві 1380 р. Але більш вірогідно, що Лекса був із роду Тохтамиша — союзника Вітовта. 1430 р. великий князь литовський Вітовт віддав (подарував) у ленне володіння Лексаді Полтаву, Глинськ, та Глиницю. Лексада потім заснував і село Глинськ на Ворсклі, поблизу Опішні.У полтавських дореволюційних істориків була думка, що древнє місто-фортеця Опішня було знищене золотоординцями 1399 p., а натомість поруч відродилося невеличке поселення під назвою Глиниця. Отже, вважається, що фактично це була Опішня. Цей перший полтавський поміщик прийняв православ'я, взяв собі ім'я Олександр, а від міста Глинська — прізвище Глинський і таким чином став родоначальником князів Глинських, які були одними з найбагатших у Великому князівстві Литовському."
 


Центром же своих владений Лексада-Александр Глинский сделал городок Бельск, что в среднем течении Ворсклы (ныне Котелевский район Полтавской области). Украинские историки считают, что сохранившееся здесь Бельское городище, ни что иное, как остатки легендарной столицы великой Скифии – города Гелона*.

* "....Коли йдеться про топонімічні зіставлення, слід звернути увагу на те, що біля південної околиці Більського городища розташоване село Глинське (Глинськ), назва якого, як відзначив О.С.Стрижак, певною мірою співзвучна з назвою Гелон. Можливо, це наслідок впливу стародавнього топоніму. До речі, біля Глинського знайдено рештки поселень скіфського часу (VI-V ст. до н.е.) Якщо назва Глинське (Глинськ) справді виникла під впливом топоніму Гелон, то це може бути ще одним підтвердженням того, що Більське городище — стародавній Гелон..."
Борис Андреевич Шрамко — выдающийся украинский археолог, доктор исторических наук, заслуженный профессор ХНУ. Член полевого комитета Института археологии НАН Украины.

(Эти два важных комментария в данную статью, выделенных выше синим цветом, были добавлены нами - glinskoe.livejournal.com)


За короткое время его наследники упрочили не только фамильную славу, но и свой статус опытных политиков и воевод. Потомки татарского мурзы стали: Григорий - наместником в Овруче, Богдан - в Путивле.

Самым же известным Глинским стал князь Михаил Львович, великий искатель приключений и авантюрист, имевший диплом врача, талантливый военачальник и дипломат, которого знала вся Европа. Михаил успел послужить у германского императора Максимилиана, потом – у Альберта Саксонского. Его принимали в Италии, и он был маршалком великокняжеского литовского двора.

В период мощной польской экспансии, Михаил понимая угрозу тотального ополячивания, решает поднять восстание, привлекая к нему в первую очередь своих братьев Ивана и Василия Слепого. Заговор украинской и белорусской шляхты против короля Сигизмунда I Старого потерпел крах и братья бежали в Московию. Земли братьев были изъяты и лишь небольшая часть их досталась дочерям Василия Глинского-Слепого Агрофене и Елене. Старшая дочь завещала земли своему зятю Михаилу Грибуновичу-Байбузе, а вот история младшей дочери была куда любопытнее.

Глинские при дворе

Не мудрено, что такой неуемный политик, как Михаил Глинский смог быстро заработать любовь великого князя Василия III. Бесшабашный, но талантливый военачальник одерживает несколько побед над татарами, не стесняется лести и угодничества. Вскоре Глинский получает чин боярина, а его богатства увеличиваются втрое. Однако, Михаилу хотелось большего, тем более, что шла война с литовцами. Михаил успел прославиться на московской службе, со многими рассориться, затаить обиду и даже собираться вернуться в Литву, когда воеводе не достался отнятый у врага Смоленск.

Подозрение в измене, привело Глинского в сырые тюремные подвалы, но когда им уже вплотную собирались заняться «специалисты клещей и дыбы», возник щепетильный вопрос – у обвиняемого обнаружилась красавица племянница, которая произвела на великого московского князя, неизгладимое впечатление.

Хочу жениться!

Василий III был сыном московского князя Ивана III и византийской принцессы Софии Палеолог. Когда внезапно умер престолонаследник Иван Младой, и Василий стал претендентом на престол, отец и мать тщательно и долго подбирали ему невесту. По свидетельству очевидцев в Москву привезли их аж пятьсот человек! Выбор же пал на Соломонию – дочь воеводы Юрия Константиновича Сабурова, в меру родовитого боярина, родственника Годуновых и Вельяминовых. О личной жизни великого князя и его супруги, практически ничего неизвестно. Хотя очевидно, что Василий III нервозно переживал отсутствие в долгом браке наследников.



Сложность политической ситуации и два брата-конкурента, осложняли перспективы княжения. В это время он встречает Елену Глинскую, которая не отличалось знатностью, но могла и умела нравиться. Как указывает летопись, великий князь возлюбил Елену Глинскую «лепоты ради лица и благообразия возраста, наипаче же целомудрия ради».



В ноябре 1525 года, остановившись в Александровской слободе, Василий III собрал совет ближайших бояр, где и порешил силой развестись и постричь в монахини свою жену Соломонию. «Князь велики… постриже… Соломонию, по совету ея, тягости ради и болезни и бездетства; а жил с нею 20 лет, а детей не было».

Данный поступок был делом неслыханным по канонам того времени. Расторгнуть брак, освященный церковью, сослать жену в монастырь и задумать жениться вторично при живой первой жене мог только безумец! Браку противились и потому, что избранницей князя была иностранка, а ее родня были вассалами главного противника Москвы - Великого княжества Литовского.

Но все было не так просто. Не исключено, что великий князь Василий III использовал в данном вопросе церковный конфликт «нестяжателей» и «иосифлян». Соломония была связана с кружком Максима Грека, а Елена Глинская была почитательницей Иосифа Волоцкого и даже «духовной дочерью» митрополита Даниила, который своей властью и разрешил развод и благословил второй брак. Таким образом, в острой и опасной борьбе, где на кону было поставлено все, вплоть до жизни. Митрополит укреплял свое влияние, а князь упрочил свой тыл.

Но браку противились, к тому же 47-летний князь Василий Иванович пошел ради невесты на весьма смелый (с точки зрения нарушения традиций) шаг – он сбрил бороду – гордость мужика и как писал летописец «в усах ходил». Это вызвало при дворе негодование, едва ли не большее, чем сам брак. Белоозерские монахи объявляли брак блудодеянием, были и те, кто усмотрел в этом уклон в католичество.

Волнения привели к тому, что сам митрополит, большой и плодовитый мастер эпистолярного жанра, сочинил специальную похвалу браку и поступку князя, ибо «обнаженного главою и брадою явится… яко же стратиг силы небесныя». Не взирая на протесты Василий III был непреклонен и в январе 1526-го года «женился второе, понял княжну Елену, княжь Васильеву дщерь Львовича Глинского; а венчал их Даниил митрополит». Летопись сохранила описание обряда бракосочетания, где описаны малейшие детали, вплоть до того, сколько каких монет надобно класть на караваи и как надо причесать невесту для возложения на нее кики (предвенчальной принадлежности). Ни одна великокняжеская свадьба не была описана столь подробно.



«Дело Соломонии»

Сопротивление браку и борьба со сторонниками Максима Грека, дали возможность распространению различных слухов. Так появилась одна из первых в русской истории легенда о самозванце. И главной героиней в ней стала бывшая жена великого князя Соломония. Дело в том, что показания о «немочи» Соломонии (то есть невозможности родить наследника) слушались перед специальной следственной комиссией, что и дало возможность распространению слухов. Говорили о «немочи» самого князя, а потом стали говорить, о беременности Соломонии. Слухи эти распространяли жены казнохранителя Георгия Малого и постельничьего Якова Мазура, за что и поплатились. Но молва о том, что настоящий наследник великого князя есть некий сын Соломонии Георгий, уже пошла гулять по стране. Впоследствии, все та же молва утверждала, что сын князя, якобы стал знаменитым разбойником Кудеяром.

Таинственный развод и новый брак заставляют сомневаться и современных историков, которые находят сомнения даже в том, отчего Василий III, подарил позже своей первой жене, скрывающейся под именем «старица София» две волости…

Счастливый отец

Однако и в новом браке изначально не было детей. Так собственно и возник миф «о бездетности» самого великого князя. Но у Василия III родилось два сына. Старший родился утром 25 августа 1530 года. «В лето 7030 августа25 на память святых апостолов Варфоломея и Тита, в 7 час нощи родился великому князю Василью сын от его великие княгини Елены и наречен бысть Иван». По легенде по всей Руси в тот час пронеслась неистовая буря и грянул гром. Казанская ханша узнав о рождении царя, якобы сказала гонцам: « Родился у вас царь, а у него двои зубы: одними ему съесть нас татар, а другими вас».



Наследника назвали именем Иван в честь святого Иоанна Крестителя и князя-деда. Счастливая семья отправилась в Троице-Сергиевский монастырь, куда пригласили известных своей святостью старцев, например, престарелого Кассиана Босого, которого ради такого случая «яко младенца привезоша» и держали за руки. Восприемниками княжича стали игумен Даниил из Переяслава-Залесского и инок Троице-Сергиевского монастыря Иев Курцов. На церемонии крещения, великий князь Василий III на руках перенес младенца на гробницу Сергия Радонежского, будто вверяя его покровительству великого святого.

Великий князь так был рад наследнику, что даже простил первую жену и перевел ее из Каргопольского монастыря поближе - в Суздальский. Он помиловал наказанных дворян, и тепер, почувствовав за собою тыл, даже разрешил жениться своим конкурентам - братьям Юрию, сидевшему в Дмитрове и князю Андрею Старицкому.

В честь рождения сына и в благодарность Богу в центре Москвы была сооружен храм, а еще через год в селе Коломенском появилась знаменитая шатровая церковь. Став отцом в уже зрелом возрасте, Василий трогательно заботился о сыне. В письмах он беспокоится воспалении нарыва на шее наследника, интересуется о его питании: «Да и о кушанье сына Ивана вперед ко мне отписывай, что Иван сын покушает, чтоб мне было ведомо». В 1532 году Елена родила второго сына, которого назвали Юрием (Георгием), который оказался глухонемым и психически неполноценным.

Кому достанется престол?

Смерть нагнала великого князя, совершенно неожиданно. Когда царевичу исполнилось три года, Василий III на охоте под Волоколамском внезапно «начат изнемогати нагою, и проявися болячка на нози той, и почат болезнь люта быти от болячкы тоа...». По всей видимости, князь страдал воспалением надкостницы, надломившей его. Возраст и болезнь быстро делали свое дело и князь велел доставить завещание, содержание которого якобы держали в секрете от Елены. По приезду в Москву князь собирает частые совещания бояр, где решают об «устроеньи земском». По летописям, свою супругу он туда не приглашал.

Елену пустили у мужу уже за несколько часов до смерти. Князь говорил ей, что: «Благословил я сына своего Ивана государством и великим княжением, а тобе есми написал в духовной грамоте, как в прежним духовных грамотех отцов наших и прародителей по достоянию, как прежним великим княгиням». То есть она получала так называемый «вдовий удел». Одновременно, он сообщил всем «..како ей без него быти, как к ней бояром ходити». По всему видно, что готовился к смерти Василий основательно.

Передача власти вызвала массу кривотолков и дискуссий. До сих пор историки выдвигают гипотезы о том, кому же передавалась власть: регентам, Боярской думе или опекунам. Среди последних были Дмитрий Бельский и Михаил Глинский « ему в родстве по жене его». Хотя таковыми считались и бояре Андрей Старицкий, Михаил Юрьев, Василий и Иван Шуйские, Михаил Тучков и Иван Шигона – этакая предтеча «семибоярщины». Ясно, что у постели шло перераспределение полномочий…
Опекуны короновали трехлетнего Ивана через несколько дней после кончины родителя, а потом начались форменные средневековый разборки. Брат умершего, князь Юрий, пытался поднять мятеж, но его арестовали и заточили в тюрьму, и уморили голодом. Между Думой и душеприказчиками разгорались раздоры.

Узурпаторша?

Елена же сняв траур, отвлекалась со своим фаворитом, красавцем и неплохим и даже лихим воякой Иваном Овичной-Телепневым. Тульский воевода, он отличился в войнах с литовцами, водил полки на Казань и мятежный Серпухов, был назван среди бояр, даже получил чин и титул конюшего. Его родная сестра Аграфена Челядина была кормилицей родившегося Ивана. На погребении великого князя, Иван присутствовал рядом с Еленой.

Ивана Федоровича Овчину взялась опекать Боярская дума, решившая покончить с засильем опекунов. В руках самого экс-конюшего появилась огромная власть. Отношения княгини и Овчины -Телепнева были предметом обсуждения как при их жизни, так и после. Елену обвиняли в разврате. Посетивший Россию спустя столетие шведский дипломат Петр Петрей писал о ней, что княгиня ходила «в распутный дом и уж много распутничала и блудила», хотя иностранец явно врал, прошло сто лет и даже при посещении шведом, в Москве не было никаких распутных домов, Москва же - не Европа. Так или иначе, но приходится признать, что Елена Глинская стала и родительницей русского фаворитизма, явления, весьма распространенного и зачастую, даже полезного для государственного организма.

Умирая, Василий III просил Михаила Глинского: «Пролей кровь свою и тело на раздробление дай за сына моего Ивана и за жену мою…». Михаил, недолюбливал Овчину и якобы требовал от племянницы порвать с фаворитом. Реакцией стало давление на Елену. Перед княжной поставлена дилемма – сдать дядю и получить свободу от опекунов или сдать фаворита и подчиниться душеприказчикам. Она выбрала первый вариант, нарушив фактически завещание мужа. Именно Овчина-Телепнев приказал отправить дядю Елены Михаила Львовича Глинского в тюрьму, где тот и погиб.

В дело пошли правила «дворцовых переворотов». Ликвидировав основного противника начались удары по остальным. Бельский и Юрьев бежали, отошел от дел Воронцов. Брата великого князя Андрея Старицкого заставили подписать грамоту о его подчинении правительнице. Тот, демонстрируя свою непричастность к посягательству на власть, даже вывел демонстративно свои войска. Однако, его окружили и пытались уничтожить. Тогда князь бежал в Новогрод, где пытался поднять тамошний народ, но был схвачен. Его бросили в тюрьму, одев на голову нечто похожее на железную маску. Там Старицкий и умер, его сторонники были жестоко казнены.

Или реформистка?

Правила Елена Глинская недолго, около пяти лет, но правление ее вошло в историю своими новшествами. Прежде всего, Елена заключила перемирие с Великим Княжеством Литовским, хотя вначале и не обошлось без войны. При Елене были утверждены мирные связи с Ногайской ордой, Ливонией и Астраханским ханством и Казанью, что позволило провести работы по укреплению московского Кремля, возвести Китай-город и построить новую оборонительную систему вокруг города. Восстанавливались и пострадавшие от различных бед и напастей города Тверь, Владимир, Ярославль.

Елена частично ограничила землевладение монастырей и обязала преследование «лихих людей» переложить на губных старост – в округа, что стало предтечей реформ местного самоуправления.
Одной из выдающихся реформ этого времени стала денежная реформа. Дело в том, что тогдашняя Московия развивалась особенно быстрыми темпами. Рост производства товаров не отвечал производству монеты, чем воспользовались фальшивомонетчики, которые устроили чистый «финансовый беспредел». Княгиня велела провести изъятие разновесной монеты и печатать единую монету, причем именно при ней произошло рождение копейки. До того, в основе системы была монета «московка» или «сабляница» названная по изображению воина с саблей. Ее то и сменила серебряная новгородская деньга, которую из-за изображения воина с копьем и стали называть «копейка».

За смертью смерть

Львовская летопись свидетельствовала: «…властодерждавствовала государьством великыа Русиа четыре лета и четыре месяца того ради, младу бо сущу великому князю Ивану… сына еа, наставшу осьмому лету от рождения его». 3 апреля 1538 года Елены Глинской не стало. Великую княгиню похоронили по традиции, но впопыхах и с оживлением. Бояре восприняли смерть Елены с восторгом. Многие вслух и публично, не стесняясь в выражениях, ругали Глинскую. Михаил Тучков, как утверждал впоследствии сам царь, произнес «на преставление» «надменные словеса и тем уподоблялся ехидне, яд отрыгающей».

Деревянный гроб с телом, облаченным в саван из итальянского шелка желтого с синей каймой цвета, поставили на сани и на руках понесли их к родовому некрополю московской великокняжеской семьи – Вознесенскому собору в Кремле. Такой языческий обычай, сохранялся в отдаленных уголках России почти до конца XIX века, но официально был отменен Петром I. Глинская «положена бысть в церкви Възнесениа Господа нашего… возле великою княгиню Софию великого князя Ивана Васильевича». В усыпальнице, тело переместили в каменный саркофаг, возле могилы Софии Палеолог, который закрыли крышкой с высеченными словами. Позже над ним возвели плиту и надгробие.

За смертью Елены последовала расправа над ее фаворитом. Ивана Овчину-Телепнева взяли через шесть дней. Изначально его собирались казнить, « а после великие княгини смерти в 6 день великого князя бояре поимали князя Овичну-Теплепнева и посадиша его в полату в Набережную, где Глинский сидел, и тягость на него, железа, ту жа положивша, что и на Глинском были, там и преставился». После смерти Овчины постригли и отправили в монастырь его сестру – кормилицу наследника Аграфену Челядину. Даже его сына Федора посадили на кол, а брата Ивана Дрогобужского обезглавили на льду Москвы - реки…

«Дело об отравлении»

Великой княгини не стало вдруг, так как свидетельств болезней молодой и крепкой с виду женщины не было. Об отравлении начал говорить еще австрийский дипломат Сигизмунд Герберштейн в своих «Записках о Московии», который был фактическим свидетелем происходящего. Факты частично поддерживала официальная версия, которую поддерживал сам Иван Грозный, обожавший свою мать.

Предметно об убийстве заговорили после реконструкции гробницы. Гроб частично был потревожен еще в 1929 году. Потом после в тридцатых. Наконец. В 1999 году началось предметное изучение саркофага, где были обнаружены фрагменты светской одежды, кружевной головной убор-волосник и кости. Значительно пострадал череп, но ведущий специалист судебно-медицинской экспертизы Сергей Никитин по методике Герасимова, смог восстановить облик великой княгини.



Химический анализ помог установить и причины гибели Елены Васильевны. Спектральный анализ кусочков волоса показал, что великая княгиня была отравлена солями ртути, большое количество которых обнаружено и в останках костных тканей. Как отмечали специалисты, такое содержание отравы не могло быть случайным – великую княгиню убили…

Так закончила свой земной путь вторая после княгини Ольги правительница Русской земли.



--------------------------------------------------------------------------------

Автор: Виктор Шестаков
 

Comments

( 1 комментарий — Оставить комментарий )
lomonosovich
24 фев, 2011 19:20 (UTC)
Об Ордынском периоде истории Отечества, сокрытом во мр
Спасибо, многое узнал о Глинских. Но еще многое, увы, остается сокрытым из ордынского периода истории Отечества, очень многое.

В дополнение к указанной статье я бы посоветовал, для основательного расширения кругозора, еще статью "О подлинной истории стратегических этносов Евразии", в которой много весьма малоизвестного ранее о роли татар-ордынцев в истории России и стран СНГ:
http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-35130/

Еще вот здесь замечательная статья, называется "Чингиз-хан и татары: или немного из того, что было "сокрыто во мраке":
http://www.wikiznanie.ru/ru-wz/index.php/Чингиз-хан_и_татары

Написаны статьи по содержанию книг историка-гумилевца Г.Р. Еникеева. Там в статьях ссылки на более обстоятельные труды.

Об ордынских татарских родах еще вот тут отличная статья потомка татарских мурз-ордынцев, историка-гумилевца Г.Р. Еникеева, вернее, его доклад на Всероссийской научно-практической конференции "Татарские мурзы и дворяне: история и современность". Статья называется "ХРАНИТЕЛИ НАСЛЕДИЯ ТАТАРСКОЙ ОРДЫ", ее можно найти здесь: http://tartareurasia.ucoz.com/publ/starye_stati_gali_enikeeva/2
( 1 комментарий — Оставить комментарий )